www.work-zilla.com

Амстердам. Три дня Содома. День первый

— Амстердам — столица Нидерландов с 1914 года. Принято считать, что это город секса: здесь с 2000 года легализована проституция. Самая старая церковь с готической колокольней находится в нынешнем квартале «красных фонарей». По ней в прежние времена ориентировались моряки. Еще тут официально разрешено употребление марихуаны и гашиша. Примечательно, что в Амстердаме не заседает правительство страны. Оно вместе с парламентом находится в Гааге…

Экскурсовод продолжал бубнить что-то про многочисленные каналы и тюльпаны, но Андрей уплыл в свои мысли, улыбаясь услышанному. «Я уже люблю этот город», подумал он, и расплющил нос об оконное стекло двухэтажного экскурсионного автобуса, наполовину занятого туристами: в основном это были человеческие останки весьма преклонного возраста. Судя по их тусклым глазам и приклеенным улыбкам, натянутым на вставные челюсти из фарфора, они торопились на знаменитое кладбище Врейденхов в Амстердаме, и не в качестве туристов, а как активные участники захоронений.

Лариса умудрилась каким-то непостижимым образом прямо в аэропорту Схипхол запихнуть все честну̀ю компанию в экскурсионный автобус, причем — совершенно бесплатно! Мало того, что они попали на обзорную экскурсию по одному из самых красивейших городов на планете, так еще и гид (по просьбе Лариски, подкрепившей свое желание хрустящей купюрой), вещал на неплохом русском языке. Свидетели явления Христа народу, сидящие в салоне автобуса парами с фотоаппаратами наперевес, ничего не понимали, и остекленело таращились в окно: за ним проплывал неведомый мир, о котором им поведали в дороге на неизвестном языке.

Денис, о котором справлялась Лариса незадолго до приземления в страну сыра и велосипедов, мирно проспал весь полет, уткнувшись в спину дремавшего на соседнем кресле джентльмена, пока тот не решил перед приземлением поменять носки. Над проходом тут же повис густой запах «Зловонного Епископа» — одного из самых смердящих сыров на планете — и вынырнувший внезапно из глубоко сна переводчик-бизнесмен попытался выйти через иллюминатор наружу, нервно выковыривая резиновую прокладку из обивки самолета.

Экипажу воздушного судна чудом удалось избежать разгерметизации, и Денис, благополучно приземлившись через несколько минут после смены носков ничего не подозревающим джентльменом, пулей вылетел по трапу самолета впереди собственного визга…

Лариса что-то шепнула экскурсоводу, тот, в свою очередь, водителю автобуса, и вот, примерно через двадцать минут, в корне изменив маршрут экскурсии, они уже остановились около гостиницы «Хилтон»: по «счастливой случайности» именно перед той, в которой у нее были забронированы номера.

Небольшой боевой отряд вывалился из автобуса, и мужская его половина полезла в багажный отсек. Треща затекшими в дороге суставами, мужчины извлекли на свет Божий незатейливый скарб: три чемодана, и несколько баулов поменьше. Маленький мальчик в стоптанных башмаках и засохшей козявкой в носу, тут же подбежал к арьергарду группы захвата голландского бизнеса — к Андрею — и настойчиво потребовал от последнего дензнаки, подав ему выразительный невербальный сигнал.

— Отвали, пацан, — благодушно сказал Андрей, и тут же получил от паренька недвусмысленный жест — «fuck», в качестве алаверды.

— Он что, знает русский язык? — Удивленно пробормотал Андрей, скептически поджав губы, и укоризненно качая головой вслед мальчику.

— У тебя же на роже написано: «Не дам!», — усмехнулась Лариса, и заторопилась ко входу в отель: маленький амстердамский говнюк запеленговал ее пятый номер, и с похабной улыбкой вразвалочку двинулся к руководителю экспедиции, надеясь, что эти внушительные сиськи сплошь набиты гульденами и крейцерами.

В гостинице их приняли радушно, быстро оформив необходимые бумаги, и все компания, усталая, но довольная, потащилась к лифту: их багаж, аккуратно сложенный на тележке, следовал за ними на почтительном расстоянии под управлением мелкого «боя» неопределенной национальности. Мягко подъехал лифт, управляемый изнутри огромным негром в ливрее, и Андрей, покосившись на супругу, заметил, как заблестели ее глаза.

Пока они ехали на десятый этаж, Ольга не сводила глаз с потомка Хама — в основном, с его причинного места, которое не было особенно выдающимся, ввиду умиротворенного состояния его владельца.

— Хочешь его? — Шепотом подначил супругу Андрей, наклонившись к ней, и взглядом показывая на шоколадного работника элеватора.

Ему вдруг вспомнились братья-доминиканцы, которые совсем недавно осваивали с его женой глубокое погружение в дачный отдых с участием накуренных арабов и Марии — переводчицы с испанского на блядский.

— Вот еще! — Фыркнула Ольга, но Андрей ей ни разу не поверил.

Через минуту она сама прокололась, выходя из лифта: чернокожий дядя Том, улыбаясь, провожал всех, покидавших его передвижную хижину крепким рукопожатием. Когда он в очередной раз протянул руку для прощания Ольге, она, словно в зашоре, пожала вместо этого его член.

В их распоряжении было три номера: один двухместный — для Андрея и Ольги, одноместный — для Дениса, и «люкс» — для ветерана половых битв — Ларисы. Денис юркнул к себе в номер, буркнув что-то типа «Споки-ноки», Лариса тоже пошла к себе, сказав, что ее может спасти только душ, а Ольга и Андрей, набитые впечатлениями по самую макушку, двинули к себе: нужно было привести себя в порядок и разложить вещи.

Супруги перед отъездом яростно повыбрасывали добрую половину нужных вещей, оставшись в дороге с бесполезным хламом «один на один». Мелко семенящий метис, похожий на жокея в униформе, допер их скудный багаж до номера, и замер перед дверью в позе кающейся Магдалины.

— Дай ему доллар, — сквозь зубы процедила Ольга, что бы голландский полукровка не распознал русскую речь, — а лучше два: нас же двое.

— Мы в еврозоне, — ответил Андрей, протягивая иноземному болдырю монетку достоинством в «один Евро», которую тот выхватил с быстротой фокусника.

— И шампанского закажи в номер! — Сказала Ольга, раздеваясь на ходу по дороге в ванную комнату, — выпить хоцца.

— Э-э-э… Дринк? — сказал Андрей невнятному лицу в униформе, сделав характерный жест рукой: это было практически все, что он знал по-голландски.

Шебутной потаскун просочился мимо Андрея в комнату, и открыл маленький холодильник, замаскированный под дубовый шкаф. Внутри стояла целая батарея «мерзавчиков» всех видов и расцветок: маленьких бутылочек с алкоголем известных марок и фирм.

— Дринк! — Сказал Маугли, показав кривым коричневым пальцем на заспиртованный рай.

Андрей с подозрением посмотрел на указующий перст маломерка: неизвестно где этот палец был пять минут назад.

— Э-э-э… Шампань! — сказал Андрей, «или Прованс», мысленно добавил он, вспомнив фильм про бравого гасконца: в этот томный вечер его эрудиция била ключом — он был неподражаем.

Мелкий носильник энергично закивал, и что-то стал говорить на ломаном языке. Андрей не понял ни слова, но почувствовал, что язык явно коверканный. Услышав знакомое слово «Клико», Андрей тоже энергично покивал головой. Так они и стояли некоторое время, энергично кивая друг другу, как китайские болванчики, под неразборчивую речь бестолкового говоруна. Наконец он угомонился, и отправился восвояси, а Андрей, быстро побросав свои вещи куда попало, почувствовал себя, как дома.

— Зайка, потри мне спинку, пожалуйста! — услышал он голос жены.

— Иду! — Крикнул Андрей, и сбросил с себя последнюю деталь.

Оля была намылена с ног до головы, и сидела в душевой кабине спиной к вошедшему супругу. Она, не оборачиваясь, протянула ему мочалку, и подняла руки вверх, заложив их за голову.

— Давай, я готова, — сказала Ольга.

Андрей стал размазывать пену по телу любимой, пользуясь подручными средствами: мочалкой, руками, и членом, который тоже захотел принять активное участие в помойке. Ольга смеялась и выскальзывала из рук, и Андрей залез в душевую кабинку, чтобы где-нибудь уже настигнуть резвящуюся жену. Весь взмыленный от усердия и мыльной пены, он наконец-то пристроился к Ольге в неделикатной позе, вспомнив очень кстати о грядущем годе огненной обезьяны. Коленоприклонив любимую, Андрей приготовился дать жару, как в дверь кто-то постучал. Андрей испуганно замер, посмотрев на супругу.

— Давай лучше я открою, — сказала Ольга, бросив взгляд на оружие Андрея, стоящее на боевом посту.

Ольга окатила себя из душа, и легко выпрыгнула из кабинки, прикрывшись по дороге полотенцем — самым маленьким из имеющегося комплекта. «Надеюсь, она воспользовалась таким лоскутом не умышленно», мелькнула мысль у Андрея, но он не успел ее додумать до конца: Ольга распахнула дверь и в ванную комнату влетел маленький Мук, с бутылкой шампанского «Veuve Clicquot», звякнувшей в стальном ведерке наполовину заполненным льдом. За порогом остался передвижной столик, на котором смутно угадывались экзотические фрукты.

— О, Шампанское! С доставкой в душ! — Засмеялась Ольга, беря запотевшую бутылку из ледяного ведерка, и придерживая локтем полотенце, размером с носовой платок, — а что это за сорт?

Пока она вчитывалась в желтую этикетку, в нее вглядывался посыльный: ее полотенце съехало вниз, и прикрывало теперь только часть бедра и половину румяной попки. Андрей, скрывая руками свое набухшее естество, стоял к вошедшему вполоборота, и с удивлением наблюдал, как у карапета что-то внушительно пучилось в атласных штанах, пока он изучал девственно бритый лобок его супруги.

— Давайте, открывайте, — сказала Ольга, и протянула бутылку остолбеневшему кобельку.

Потом спохватилась, и прикрыла промежность поплотнее, непроизвольно выставив обнаженную грудь: на все женские прелести полотенца явно было недостаточно. Маленький стюард на автомате открыл бутылку шампанского, не отрывая взгляда от женских сосков, которые почему-то напряглись и потемнели.
Ольгу забавляла реакция иностранца, и она, бросая игривые взгляды на Андрея, вертелась перед зеркалом, демонстрируя себя неожиданному гостю со всех сторон. Затем Ольга тщательно вытерла полотенцем все интимные места, и отбросила его в сторону.

— Спасибо, — сказала она, принимая от восхищенного лакея наполовину наполненные бокалы с искрящейся жидкостью, и жестом показывая, что он может быть свободен, — С приездом, дорогой! — добавила она, протягивая один из них
Андрею, — за нас! — И стала жадно пить большими глотками.

Андрей взял бокал и пригубил его: он был небольшой поклонник шипучего напитка. Поставив шампанское на полку рядом с шампунями, Андрей, услышав плеск, обернулся: Ольга залезла к нему в душевую кабину, и протянула пустой бокал обслуге, который и не думал уходить. Тот быстро наполнил его снова, и ошалело уставился на Олины половые губки: они были в нескольких сантиметрах от его лица. Ольга, закрыв глаза, снова стала пить шампанское, и Андрей заметил еле заметное движение супруги: она чуть раскрыла бедра и слегка прогнулась навстречу возбужденному представителю гостиничного бизнеса, который пожирал глазами ее розовую раскрывшуюся плоть.

Язык тела понятен без слов всем без исключения нациям и народностям — даже таким густо намешанным, каким был этот маленький «бой». Он быстро поставил бутылку на пол, и впился губами в Олину промежность, обхватив ее попку двумя руками. Андрей, обалдев от такой наглости, посмотрел на жену: она продолжала допивать игристый напиток, словно была не в курсе, что ее сосут.
Член Андрея налился с новой силой, и он уже не скрываясь от посторонних глаз стал дрочить его, глядя на то, как вылизывают его жену.

Наконец Ольга застонала, и еще шире развела ноги, слегка присев перед внезапным любовником. Она непристойно двигала бедрами, словно трахала рот иностранца, потом открыла глаза, и спросила у Андрея, тяжело дыша:

— Тебе хорошо видно, как отлизывают твоей жене?

— Нет, — ответил Андрей, яростно мастурбируя.

— А так? — С этими словами Ольга поставила одну ногу на край душевой кабины и развернулась к Андрею.

Посыльный, с раздутыми спереди штанами, оторвался на мгновение от ласки половых губ этой странной русской, и испуганно посмотрел на Андрея.

«Опомнился», мысленно усмехнулся Андрей, полируя свой орган. Ольга, сбросив форменную фуражку стюарда на пол, схватила его за голову, и притянула к своему влагалищу, буквально утопив его губы в своей промежности.

— Давай, отлижи мне пизду как следует, — похотливо сказала она, — по-моему это шампанское здорово бьет в голову, — добавила Ольга, и губами потянулась к Андрею.

Она, наклонившись, стала целовать мужа взасос, схватив его за яйца и болезненно сжав их у основания члена. В перерывах между развратными поцелуями Андрей замечал, что ловкий посыльный не только лизал его жену: его короткие, но мясистые пальцы уже вовсю трахали Олин зад. Она стонала, и сама насаживалась на его руку. Андрей глянул ниже, и обомлел: иностранец успел спустить штаны и вовсю надрачивал свой конец — невероятно здоровый для его роста. Не то чтобы он был какой-то особенно длинный или толстый, но в целом его хозяйство выглядело довольно внушительно.

Ольга отпустила голову иностранного посла доброй воли, и, слегка нагнувшись, схватила его член, сжав посередине. Потом замерла, отстранившись от Андрея и удивленно посмотрела на чудо, зажатое в руках. Мгновение она размышляла, потом решительно вылезла из душевой кабины и стала торопливо вытираться. Смуглый иноземец стоял столбом, сжимая свой корень, не понимая, почему все внезапно закончилось, и что вообще здесь происходит.

— Вылезай, Андрей, хватит мокнуть, — сказал Ольга, наматывая тюрбан из полотенца себе на голову, — пошли за мной, а то пропустишь все самое интересное, — добавила она, потом взяла за член иностранца и повела его за собой в комнату, как собачку на поводке, — да, и шампанское прихвати! — Крикнула она уже из спальни.

Андрей, путаясь в торчащем члене и полотенце, вытерся на скорую руку, и посеменил за своей Амазонкой, которая уже скрылась из виду с пленным в руках, решительно вступив на тропу половой войны. На кровати, раскрылечившись раком в непристойной позе, стояла Оля и сосала хуй иностранца, который блаженно жмурился в потолок. Красная Олина пизда сочилась соками желания, и Андрей прямиком направился к ней, подрачивая член на ходу.

Он успел только погрузиться на глубину головки в разгоряченную глубину, как Ольга, вильнув задом, выгнала оттуда непрошенного гостя.

— Это не для тебя нализали, — невнятно сказала она, с членом, торчащим за щекой, и вцепилась ногтями в ягодицы любовника, — погоди… Сейчас.

С этими словами она с видимой неохотой выпустила пульсирующую игрушку изо рта, и быстро легла на спину перед новым любовником. Он залез вслед за ней, и пальцами раздвинул влажные половые губы Ольги широко в стороны. Показался темный зев тугого влагалища, Ольга со стоном широко раздвинула ноги и пальцем поманила Андрея к себе. Он быстро лег рядом с женой, схватил ее за грудь, и чмокнул твердый сосок.

— Потом с сиськами наиграешься, — сказала она, передернув плечами, — давай, возьми его член, и поиграйся им с моей киской, — вдруг добавила Ольга.

— Я бы хотел потрахаться с тобой, — сказал Андрей, теребя свое мужское достоинство, — а то я уже на грани.

— Я тоже уже на грани, — сказала Ольга, подрачивая член иностранца, и похабно ему улыбаясь, — ты только поласкай меня им, а потом будешь ебать меня, сколько влезет!

Андрей пожал плечами, потом спустился ниже к ногам своей супруги, и осторожно взял в руку налитой член иностранца. Он был толстый и какой-то весь бугристый. Посыльный тут же схватил Андрея за руку и испуганно замотал головой. Ольга улыбнулась иностранцу, и обхватила руку супруга с зажатым членом любовника. Она вместе с Андреем немного подрочила его, потом потянула к своей промежности, и провела головкой по влажным губам. Видя, что посыльный успокоился, Ольга мягко убрала руку и сказала, обращаясь к Андрею:

— А теперь, давай сам, — и, видя недовольное лицо супруга, быстро добавила, — просто немного поласкай мой клитор его хуем, а потом выебешь меня, а он пусть посмотрит!

Андрей стал водить головкой чужого члена по промежности своей жены, то лаская им набухшие красные губы Ольги, то щекоча возбужденный клитор, который давно уже показался из-за своего укрытия. Ольга, заложив руки за голову, страстно стонала и извивалась, стараясь прикоснуться к крепкому елдаку всей промежностью. Ее тюрбан съехал, закрыв половину лица, и Андрей видел только пересохшие губы супруги, которые она все время медленно облизывала влажным языком.

Вдруг Ольга подняла ноги вверх и обхватила их руками, широко раздвинув бедра. Теперь член иностранца гулял по всей влажной промежности супруги, иногда тыкаясь в ее анус, от чего Ольга стонала еще больше, добавив к этим невероятным ласкам откровенную мастурбацию. Иностранцу видимо стала надоедать это пытка, и он норовил с каждым разом нырнуть во влагалище или анус Ольги поглубже. Андрею с трудом удавалось сдерживать нетерпеливый член чужака, который уже несколько раз неожиданно погружался во влагалище Ольги на целую головку. Судя по реакции его жены, она совсем не возражала, каждый раз приподнимая бедра ему навстречу в момент его неожиданной атаки. Его член проникал во влагалище Ольги все чаще и чаще, и как не старался Андрей сдерживать его порывы, Ольга моментально подстраивалась под его резкие удары, ловя окаменевшую плоть своей вагиной или подставляя ему свой анус.

— Ну, что, достаточно? Ты уже наигралась? — Спросил Андрей, в очередной раз остановив движение члена иностранца прямо перед входом в Олино влагалище.

— Еще чуть-чуть, последний разочек! — Простонала Ольга, и вдруг, выгнувшись, подалась всем телом вперед, насадившись пиздой на член до самых яиц.

Пальцы Андрея оказались вдавленными во влагалище жены, но иностранец, казалось, не обратил на это никакого внимания: он засадил член Ольге еще глубже, и стал размашисто ебать, нависнув над ней на вытянутых руках.

— Да, вот так, еще последний разочек, и можно вынимать! — Ольга зашлась в безудержном стоне, и стала бормотать что-то совсем бессвязное, — видишь, чуть-чуть поласкает, и все… Только клитор, и все… И можешь меня потом ебать, как захочешь… Вот так… Вот так… Как ты захочешь, любимый! — Стонала Ольга, вовсю подмахивая чужестранцу, который прокладывал новый путь к ее скорому оргазму.

Андрей не успел убрать руку, и чувствовал, как бугристый член посыльного как поршень ходит в его ладони, все глубже и глубже вколачивая его пальцы во влагалище супруги. Он чувствовал в руке каждую жилку, каждую вену на вздувшимся мужском органе, который долбил жену через его пальцы, и возбудился от этого ощущения неимоверно. Андрей пропихнул большой палец в анус супруги, и удивился, насколько легко он проник туда. «Да!», закричала Ольга, и он стал помогать ей, долбя ее анус, насколько хватало длины его пальца.

— Хуй! Хуй вставь туда вместо пальца! — Прохрипела жена, закинув ноги чуть ли не за голову.

Андрей, улучив момент, придержал член, который работал, как отбойный молоток, и переставил его к раскрывшемуся колечку ануса Ольги. Иностранец стал на колени перед широко раздвинутыми бедрами Ольги, которые она держала руками, и медленно ввел член в зад жены Андрея на всю длину. Ольга застонала еще громче, нащупала руками голову мужа, и прижала к своему лобку.

— Поцелуй меня, клитор пососи, и полижи пизду, пока он меня в жопу ебет! — В приказном тоне сказала Ольга, совершенно забыв о своих обещаниях.

Андрей припал губами к разъебанной дырке, которую с трудом узнавал! Половые губы были растянуты в стороны, малиновый клитор выпирал наружу и уже не убирался в складки кожи, а чужеродный запах, который шел от раскрытых бедер жены будил в нем самые тайные желания. Он торопливо пробежался языком по промежности супруги, ощущая терпкий и незнакомый вкус чужого самца, и сосредоточился на клиторе, который, словно сам прыгнул ему в полураскрытые губы. Он стал сосать его, уклоняясь от ударов иностранца, который в этот момент долбил в анус его жену.

— Как хорошо, блядь, — хрипела жена, синхронно двигаясь вместе с двумя мужчинами, обожаю, когда меня в жопу ебут… Да еще таким хуем, как… Как… А-а-а! — Закричала вдруг Ольга от нахлынувшего на нее оргазма, — Я кончаю-у-у… Сука, как же приятно… Ой!… Андрей — яйца! Яйца его сожми — я чувствую, что он сейчас тоже кончит!

Андрей ухватил мошонку иностранца, поджатую к основанию члена, и мягко сдавил. В туже секунду посыльный вдруг выдернул член из Олиного зада, захрипел, затрясся, и засадил Ольге во влагалище так глубоко, что расплющил свои яйца об ее зад, придавив и руку Андрея заодно. Андрей физически ощущал, как волны оргазма накатывают на иностранца, который разряжался порциями горячей спермы в пизду его супруги. Андрей чувствовал, что еще немного, и он кончит сам от безумия всего происходящего.

Ольга терпеливо и с наслаждением приняла в свою матку чужое семя, и когда иностранец отвалился от нее, как насосавшаяся пиявка, быстро залезла на мужа, сев ему промежностью на лицо. Она стала смачно сосать член супруга, заглатывая его в горло, и доставая языком до самых яиц. Бедрами она елозила по лицу Андрея, отдавая ему свежевзбитый коктейль из похоти и страсти весь до последней капли. Второй оргазм догнал ее в тот момент, когда она быстро лизала кончиком языка уздечку головки члена, наслаждаясь горячими фейерверком, который благодарный муж устроил в ее честь…

Утро первого дня пребывания на амстердамской земле встретило супругов в некотором оральном аспекте: началось все с того, что Андрей проснулся, кончив во влажную пустоту. Ничего не понимая спросонья, он уставился на жену, которая испуганно смотрела на него с членом во рту. Проглотив последнюю порцию ею же взбитых сливок, она облизала то, что осталось снаружи, и пояснила: «Что-то пососать захотелось», хотя ее никто из присутствующих не спрашивал ее о причинах несанкционированного отсоса в 07.30 часов утра на десятом этаже гостиницы «Хилтон».

— Он у тебя так задорно торчал, — все еще оправдывалась Ольга, стоя на кровати на коленях в коротеньком топе без трусов, и сладко потягиваясь всем телом, — вот я и подумала, может, он хочет, чего…

— Конечно хочет, — зевая ответил Андрей, садясь на кровати. Он пошарил ногами в поисках гостиничных тапочек, которые были ему на три размера малы, — он каждое утро хочет отлить.

После завтрака, который доставил в номер стюард — долговязый здоровяк, похожий на Лома из «Приключений капитана Врунгеля» — супруги спустились в холл отеля на первом этаже. Лариса сообщила им накануне, чтобы они были готовы к половине девятого, так как в ровно в девять у них была запланирована встреча с Хуго ван Рейном — голландским бизнесменом средней руки, которого нужно было убедить во что бы то ни стало сотрудничать с фирмой, где работала Лариса. Где сотрудничество — там инвестиции, а где инвестиции — там Лариса, грудью прокладывая себе путь в светлое будущее на отдельно взятом участке под Москвой.

Путеукладчица спустилась в холл через несколько минут вслед за супругами — Андрей даже не успел заскучать. Лариса выглядела хмурой и раздраженной.

— Что за страна! — С первых же слов начала возмущаться она, — никто даже не выеб! Так и проспала всю ночь, как девочка-целочка.

— А где же твой новый ухажер? — Учтиво поинтересовался Андрей.

— Кто — Денис, что ли? Это не ухажер, он переводчик, — сухо ответила Лариса, и покосилась на Ольгу, — судя по твоей довольной роже лица, ты, в отличие от меня неплохо провела время?

— Нет, мы просто… Приняли душ и легли спать, — сказала Ольга, и сжала руку Андрею.

— Да-да, — сказал Андрей, — причем Оля приняла дважды и внутрь…

— Вот то-то я и смотрю, что тебе пора съесть лимон, пока все лицо не разорвало от счастья, — кисло добавила Лариса, и нервно взглянула на часы, — где болтается этот охламон?!

— По-моему, Денис еще девственник, — предположила Ольга, быстро сменив тему, и бросив на мужа уничтожающий взгляд, — он в аэропорту так пялился на твою грудь…

— Твой муж тоже постоянно пялится на мою грудь, — парировала Лариса, приосанившись, — однако он такой же девственник, как… А-а-а, вот и наш знаток голландского языка!

Лариса, не договорив фразы, посмотрела наверх: по лестнице спускался Денис, облаченный в серый костюм-тройку, белую рубашку и галстук в тон пиджака. Его волосы были зачесаны назад и так густо намазаны гелем, что его голова блестела в свете искусственного освещения отеля как яйца у кота.

— А вот и наша светлая голова, — сказала Лариса, с неодобрением осматривая прическу Дениса, — пора ехать на встречу. Иди, милый, вперед и освещай нам путь…

Вот уже битый час они сидели в маленьком офисе, затерявшемся на втором этаже старинного особняка с красной черепичной крышей. Переговоры затягивались, и Андрей уже триста раз пожалел, что поехал вместе со всеми. У него был шанс официально отхилять от международного симпозиума по вопросам относительно честного отъема денег у граждан скандинавских стран, но после обеда был запланирован поход в бар, где подавали марихуану на блюдечке с голубой каемочкой, и Андрей боялся пропустить это знаменательное событие: был риск, что все накурятся без него.

Лариса что-то убедительно втирала Хуго ван Рейну — полноватому лысому дядьке неопределенного возраста сильно за пятьдесят, с серьгой в ухе, и со странной татуировкой на жирной шее в виде темно-синей колючей проволоки, «разорванной» в трех местах. Когда чудаковатый бизнесмен в пылу полемики снял пиджак, Андрей обратил внимание на странные бугорки под его рубашкой на месте сосков: они были продолговатой формы и размером с сигаретный фильтр.
На это образование под одеждой обратила внимание и Ольга: она, нет-нет, да и с интересом посматривала на этот экзотический экземпляр с берегов Северного моря и окрестностей.

Похоже, что Лариса уже выбилась из сил: в процессе диалога, который слово в слово переводил набриолиненый девственник, Лариса расстегивала по одной пуговице на своей кофточке, постепенно обнажая знаменитую грудь, пытаясь отвлечь его (или убедить) в правильности своих аргументов. Дядька, судя по тому, что снял пиджак и все равно продолжал усиленно потеть, был правильной ориентации, но Ларисе явно не хватало аргументации и убедительности в своей очередной афере: он никак не желал расставаться с деньгами.

Уже и Денис стал нервно поглядывать на свою хозяйку, переводя одни и те же аргументы по третьему кругу, уже и грудь авантюристки была почти полностью обнажена и выставлена на продажу, сверкая безупречным кружевным бельем, и у Андрея уже челюсть от скуки стала выскакивать из уключин, рискуя вывихнуться окончательно. Только Ольга сидела невозмутимо, иногда одаривая лысого упрямца милой улыбкой: она ждала своего часа и не понимала в происходящем абсолютно ничего.

Лариса продолжала вяло отстаивать свою позицию, когда Хуго взял тайм-аут и вышел из кабинета — видимо, поссать. Она тут же наклонилась к Ольге, и горячо зашептала:

— Давай, родная, твой выход! Не знаю, как, но убеди его сотрудничать с нами. Этот старый говнюк любит баб, но просто смотреть на сиськи ему, видимо, уже недостаточно, — продолжила Лариса, застегивая свои перси, не пригодившиеся в этом раунде переговоров.

— А что я могу сделать? — Удивленно спросила Ольга, косясь на Андрея.

— Не знаю, — сухо отрезала Лариса, — делай, что хочешь, но мы должны уйти отсюда с подписанным контрактом. Поездку надо отрабатывать, милая моя, а не просто ебстись на каждом углу в свое удовольствие!

Ольга покраснела и промолчала, испуганно посмотрев на мужа. «Сейчас начнется что-то интересное», подумал Андрей, надеясь получить достойное зрелище в качестве вознаграждения за бестолково проведенное время в душном кабинете.

Они сидели за узким длинным столом, с одной стороны которого была делегация повстанцев, а с другой восседал мерзкий Джабба Хат, отлучившийся отлить по местному голландскому обычаю. Наконец он вернулся, и занял место напротив Ольги по другую сторону стола, улыбнувшись ей ослепительной улыбкой всеми своими шестнадцатью зубами. Лариса сделала Ольге страшные глаза и опять завела свою шарманку, в которой рефреном звучали слова: «Какое небо голубое — мы не сторонники разбоя».

Ольга нервно кусала губы, боясь гнева Лариски, и не желая лишиться обещанного бонуса, но ей ничего не приходило на ум. Не трахнуть же его во время переговоров, в самом деле — еще неправильно поймет. Да и, трахнувшись, тем более не подпишет ничего, заранее получив желаемое.

Ольга сняла туфли, чтобы отдохнули ноги пока она сидит за столом, и вытянула их вперед, слегка потянувшись и разминая затекшие мышцы. И задела ногой бизнесмена, сидящего напротив: стол был столь узок, что можно было незаметно пнуть собеседника, если, например, выражаешь некоторое несогласие с его позицией. Хуго ван Рейн опять улыбнулся Ольге, и тут ее осенило.

Она сползла со стула вперед и осторожно протянула ногу. И сразу же наткнулась на бедро ван Рейна. Старая калоша даже виду не подал, что почувствовал манёвр миловидной блондинки, а просто молча взял ее ногу и положил себе на член. Воодушевлённая своей маленькой победой, Ольга, вцепившись двумя руками в сидение стула, протянула вторую ногу, которую с недюжинной грацией подхватил речной капиталист. Ольга стала осторожно гладить его промежность своими ступнями, учась премудростями фут-фетиша на ходу: раньше ей не приходилось пинать хуи ногами.

Амстердамский пенсионер оказался прост, как три рубля: он тупо расстегнул ширинку и извлек оттуда видавший виды обрубок, украшенный пирсингом в самых интересных местах: уздечка была пробита толстым стальным кольцом, а мошонка — подковообразной загогулиной, торчащей наружу маленькими рожками из отвисших яиц.

Конечно Ольга всего этого не видела, но пальчиками ног ощутила некоторые странности на мужском члене, и, грешным делом подумала, что голландский хуй устроен иначе, чем отечественный продукт для размножения и ебли. Хуго ван Рейн, привычным движением обхватил Олиными ступнями своего ветерана, украшенного боевыми наградами за взятие пёзд всех калибров и мастей, и стал медленно дрочить, повернув к Ларисе заинтересованное лицо.

Ольга не ожидала столь быстрого развития событий и с трудом удерживала равновесие: ее руки затекли, и она готова была рухнуть под стол в любую минуту. Андрею показалось странным поза жены, и он, заглянув под стол, обомлел: она ступнями дрочила нечто, увенчанное кольцами и перстами, как у заправского рокера: за член это принять можно было лишь с большой натяжкой.

Видя плачевное положение своей благоверной, верный супруг пришел ей на помощь: временно оттащив старательную Ольгу от нового развлечения, он пересел на ее место, и посадил жену к себе на колени. Она посмотрела на него с благодарностью, и тут же съехала под стол, ухватив старикана ступнями за причинное место, а то он уже стал подавать признаки недовольства. Ее платье задралось, обнажив красивые бедра, и тут уже речь Дениса стала сбивчивой и невнятной: едва придя в себя после сисястого стриптиза своей хозяйки, он с изумлением уставился на голые Олины ноги.

К счастью, дело сдвинулось с мертвой точки, и приближалось к счастливой развязке: Хуго стал одобрительно кивать, не выпуская женские ноги из рук. Лариса на всякий случай опять расстегнула свою кофту до пупа — хуже не будет! — и никак не могла нарадоваться на подругу. Она молила небо только об одном: чтобы старый хрен не кончил раньше времени, пока не подпишет контракт. Лариса сделала Ольге знак, чтобы та остановилась: лицо Хуго ван Рейна к этому времени налилось кровью, и он уже не слушал бормочущих Ларису и Дениса, который по запарке перешел на французский, пожирая глазами сиськи Ларисы и полуголую Олю с виднеющимися трусиками из-под юбки.

Ольга выпрямилась, поправив платье, и стала томно смотреть на голландца, призывно облизывать губы, недвусмысленно двигаясь на супруге, и натирая влажными дырочками бугор Андрея на штанах. Хуго слегка охуел и от Ольги, и от таких жарких переговоров, и торопливо достал из пиджака золотого «Паркера». Подмахнув бумаги в нужных местах, он встал и отодвинул стол в сторону, прижав Дениса к Ларисе, или наоборот. Пока та, не веря своим глазам, дрожащими руками складывала документы в папку, давая возможность Денису облизывать взглядом свои груди, Хуго-мать-его-Рейн, вооружившись членом, как протазаном, сутуло двинулся к супружеской паре, которая никак не ожидала такой прыти от дряхлеющего самца. Голландец, взглянув на Андрея, словно он был резным украшением стула, бесцеремонно задрал Олины ноги, и одним движением стянул с нее трусы. Потом присел и воткнул в Ольгу свой дрын, похожий на новогоднюю елку старого металлиста. Несмотря на то, что она сама была возбуждена происходящим, от неожиданности Оля заорала, прочувствовав стенками влагалища каждый металлический артефакт.

Андрею ничего не оставалось, как бережно поддерживать Ольгу за бедра, которая сидела у него на коленях, пока летучий голландец неистово знакомил вагину жены с его коллекцией стальных украшений. Хуго расстегнул рубашку и сорвал ее с дряблого тела: его соски оказались пробитыми металлическими гвоздиками с шляпками с двух сторон.

— Ни хуя себе! Лариска, ты только посмотри! — Воскликнула Ольга, восторженно рассматривая грудь голландца, словно это была витрина ювелирного магазина, — блядь, ты осторожнее двигай там своим шипастым-то! — Вдруг закричала она, когда горбатый бизнесмен, разведя ее бедра широко в стороны, стал долбить ее налитым членом, украшенным цацками, аки голова цыганки.

Пока Ольга орала от удовольствия, Андрей терпеливо поддерживал ее за бедра на своих коленях, втайне надеясь, что его супруга пошутила насчет того, что ей понравился пирсинг на сосках у дромадера. Лариса, присев бедром на сдвинутый стол, задрала юбку, и молча мастурбировала, глядя, как подруга отрабатывает задание. Голландец ебал ее долго, у Андрея уже затекли руки, а Лариска успела кончить сама. Андрей покосился на Дениса: парень сидел, откинувшись на стуле назад. Его очки болтались на одном ухе, и он не подавал признаков жизни.

— Что с парнем? — кивнул Андрей на Дениса. Лариса, которая уже успела привести себя в порядок, оглянулась на переводчика.

— У него обморок, — коротко сказала она, и посмотрела на Андрея, — либо он действительно девственник и перегрелся, либо одно из двух.

Вдруг громко застонал голландец, и выдернул горячий член из влагалища Ольги. Она не успела ничего сообразить, как он воткнул ей свой конец в губы, раздвинул их, и стал коротко ебать ее в рот. Ольга ухватилась за бедра бизнесмена, чтобы сдерживать его напор и не подавиться ненароком, зацепившись зубами за металлоконструкцию, но было уже поздно: он стал с глухим рычанием кончать, и ей ничего не оставалось, как глотать, глотать, и глотать…

Хуго ван Рейн постоял некоторое время, сжимая щуплые ягодицы, которыми заканчивалась горбатая спина, и стал вдруг проворно одеваться: его довольная улыбка не слезала с его утомленного и потного лица. Кивнув всем на прощанье, он что-то сказал на тарабарском языке, и учтиво откланялся, прихватив свой экземпляр договора с собой.

— Дорогая, как ты? — спросил Андрей, когда за новым бизнес-партнером захлопнулась дверь. Он нежно повернул оттраханую супругу к себе.

— Слушай, это так здорово! — Не обращая внимания на его вопрос, воскликнула Ольга, — вот смотри, — сказала она и вдруг впилась долгим поцелуем в губы Андрея.

От неожиданности он задохнулся, и не сразу понял, что от него требуется. Потом распробовав поцелуй жены, особенно, когда она стала ласкать его языком во рту, он почувствовал легкий металлический привкус. «Забавно», подумал Андрей, смакуя новые ощущения.

— Почувствовал? — Спросила Ольга.

— Да, — ответил Андрей.

— Нравится?

— Да.

— Чего Вы там дегустируете? — Спросила Лариса, наклонившись к супругам.

Вместо ответа Ольга притянула ее к себе и стала целоваться с ней по-французски: сочно и с языком. Ставший подавать было признаки жизни Денис, увидев сосущихся женщин, опять отъехал в страну, где мимо белого яблока луны, мимо красного яблока заката, облака из неведомой страны к нам спешат и опять бегут куда-то.

— Да, прикольный вкус, — согласилась Лариса, опять возбудившись не на шутку, — мы тебе тоже сделаем такое обязательно! Ну ты и коза, — смеясь, добавила она, — всех накормила спермой этого старого кретина! Ну да ладно, контракт подписан, — деловито продолжила она, — можно уходить отсюда!

— Ура! Мы победили! — Радостно воскликнула Ольга.

— Да, мы сделали это! Ты, в основном, — добавила Лариса и улыбнулась подруге, — можем поехать, и отметить это!

— Через пять минут, хорошо?

— А что ты сейчас собираешься делать? — Удивленно спросила Лариса.

— Я так и не кончила, несмотря на приятные ощущения от этого проколотого старого мерзавца, — Ольга задрала платье и поставила ногу на стол, — а у меня есть чемпион по скоростному отлизу в полевых условиях. Он быстро разрядит меня — ты, кстати, можешь посмотреть, — и с этими словами она притянула голову Андрея к своей промежности, которая была вся мокрой от выделений.

— Давай, только побыстрее, а то я не еблась уже почти сутки, — Лариса с вожделением смотрела, как быстро сновал язык Андрея между ног по всем Олиным складочкам, — у меня, наверное, пизда уже затянулась совсем!

Что грохнуло сзади, и девушки испуганно оглянулись: Денис, который в очередной раз решил воскреснуть из мертвых, увидев показательные выступления мастера по скоростному кунилингусу, упал лицом в пол, быстро сообразив, что с возвращением в этот развратный мир он сильно поторопился…

Через десять минут пионеры отечественного бизнеса, укоренившиеся на исторической земле Нибелунгов, скатились по лестнице радостною гурьбой и стали решать куда отправиться, чтобы отметить это грандиозное событие. Инвестиции почти на четыреста тысяч евро стоили того, чтобы исполнить не только танцы с бубном вокруг прошпиленного квазимодо, но и вывернуться перед ним через анус наизнанку: слава богу, что до этого дело не дошло.

Андрей был двумя руками за легализованный косяк, о котором он мечтал еще в автобусе, трясясь по булыжной мостовой в обществе просветленных зомби. Ольга предлагала закатиться в фешенебельный ресторан — «ты угощаешь» напомнила она Ларисе, как будто бы кто-то из присутствующих возражал или сомневался в этом: все деньги на поездку и так были у нее. Денис, которого под белы рученьки вывели на свежий воздух, ничего не хотел — даже переводить. Он то и дело косился на Ольгу, боясь, что теперь она примется за него. А Лариса безапелляционно заявила, что, поскольку Ольга сыграла в победе тела над разумом ключевую роль, невзирая на наличие спецсредств у контрагента, ее необходимо снабдить подобным арсеналом во что бы то ни стало.

— И куда же ты хочешь отправиться? — Спросил Андрей, даже не представляя, где можно реализовать ее последнее предложение.

— Я хочу сделать твоей жене пирсинг, — тоном, не терпящим возражений, заявила Лариса, — как у того старого перца, — и уверенно двинулась по улице куда-то вбок, словно салоны пирсинга были разбросаны по городу, что твоя семечковая шелуха.

Остальные участники событий кисло переглянулись, и потащились за ней, зорко посматривая по сторонам: не попадется ли где-нибудь по дороге ресторанчик, пиццерия, или беляшная на худой конец. Но солнце было сегодня на темной стороне силы: пройдя почти квартал, они наткнулись на небольшой тату-салон. На афише перед входом была изображена экзотическая парочка молодых отщепенцев: парень с зеленым ирокезом на голове, расписанный по всему телу в стиле картин Иеронима Босха, и полуголая девица, «пробитая» и закольцованная во всех местах, кроме горла и глазных яблок.

Андрей содрогнулся при виде персонажей из рекламного плаката, которых наверняка после смерти не пустили бы даже в ад, и украдкой посмотрел на Ларису: она сияла, как луна в ночи. Уверенно толкнув дверь, предводительница скрылась в полумраке чистилища, и Андрей шагнул за ней, робко оглядываясь на жену. Ольга подтолкнула к входу Дениса, пытавшегося незаметно свинтить от этой юдоли страданий и порока, и пошла сама вслед за ним: нельзя было допустить, чтобы незнание языка привело к необратимым последствиям у нее — лучшей работницы месяца.

Внутри небольшого помещения неожиданно пахло ванилью и еще чем-то сладким. Все стены салона были завешены фотографиями работ и различными плакатами подходящей тематики. Горизонтальные поверхности комнаты — от стола до подоконника — были заставлены алкоголем всех мастей и расцветок: бутылки были початые, и обстановка напоминала внезапную ревизию в левом баре. В пестроте радужных стен Андрей не сразу разглядел мужчину — видимо, мастера пирсинга или тату. Он полулежал на диване, и что-то потягивал из кружки-черепа через зеленую соломинку. Окинув входящих заинтересованным взглядом, он поднял руку в приветственном жесте.

— Hi! — воскликнул он, и встал с дивана, отставив кружку на стол.

На нем были надеты кожаные штаны с низкой посадкой, подчеркивающие его ровные ноги, и на носу — солнцезащитные очки: все остальное тело покрывали татуировки различной тематики: от красных розочек до зловещих мертвецов. По бритой голове струились синие дорожки наколотых вен, а на лбу торчали маленькие красные рожки из неизвестного материала. Его брови и соски были украшены металлическими вставками, а короткая ширинка — мужским хозяйством внушительного размера: пах топорщился и выдавался вперед, обтянутый черной кожей штанов.

— Ей нужно сделать также, как у Вас, — сказала Лариса, подойдя к полуголому мужчине, раскрашенному, как индеец, вступивший на тропу войны, и прикоснулась пальчиком к его соскам, — и еще там, внизу, — добавила она, и бесцеремонно засунула руку к нему в штаны, пытаясь найти подтверждение своей просьбы.

Лысый мастер мягко вытащил ее руку и улыбнулся, посмотрев на всех окружающих бессмысленным взором: он явно ничего не понимал. Лариса кивнула Денису, который стоял рядом, как замороженный: он просто офигевал от своей хозяйки и ее недвусмысленных действий: он совершенно иначе представлял себе этот бизнес-тур.

— Давай, переводи уже: видишь, он не за ней, робко оглядываясь на жену. Ольга подтолкнула к входу Дениса, пытавшегося незаметно свинтить от этой юдоли страданий и порока, и пошла сама вслед за ним: нельзя было допустить, чтобы незнание языка привело к необратимым последствиям у нее — лучшей работницы месяца.

Внутри небольшого помещения неожиданно пахло ванилью и еще чем-то сладким. Все стены салона были завешены фотографиями работ и различными плакатами подходящей тематики. Горизонтальные поверхности комнаты — от стола до подоконника — были заставлены алкоголем всех мастей и расцветок: бутылки были початые, и обстановка напоминала внезапную ревизию в левом баре. В пестроте радужных стен Андрей не сразу разглядел мужчину — видимо, мастера пирсинга или тату. Он полулежал на диване, и что-то потягивал из кружки-черепа через зеленую соломинку. Окинув входящих заинтересованным взглядом, он поднял руку в приветственном жесте.

— Hi! — воскликнул он, и встал с дивана, отставив кружку на стол.

На нем были надеты кожаные штаны с низкой посадкой, подчеркивающие его ровные ноги, и на носу — солнцезащитные очки: все остальное тело покрывали татуировки различной тематики: от красных розочек до зловещих мертвецов. По бритой голове струились синие дорожки наколотых вен, а на лбу торчали маленькие красные рожки из неизвестного материала. Его брови и соски были украшены металлическими вставками, а короткая ширинка — мужским хозяйством внушительного размера: пах топорщился и выдавался вперед, обтянутый черной кожей штанов.

— Ей нужно сделать также, как у Вас, — сказала Лариса, подойдя к полуголому мужчине, раскрашенному, как индеец, вступивший на тропу войны, и прикоснулась пальчиком к его соскам, — и еще там, внизу, — добавила она, и бесцеремонно засунула руку к нему в штаны, пытаясь найти подтверждение своей просьбы.

Лысый мастер мягко вытащил ее руку и улыбнулся, посмотрев на всех окружающих бессмысленным взором: он явно ничего не понимал. Лариса кивнула Денису, который стоял рядом, как замороженный: он просто офигевал от своей хозяйки и ее недвусмысленных действий: он совершенно иначе представлял себе этот бизнес-тур.

— Давай, переводи уже: видишь, он не въезжает ни черта!

Денис заговорил, мастер оживился, и стал быстро кивать, что-то говоря ему в ответ. Денис переводил, Лариса отвечала, мастер что-то показывал в маленьких коробочках, которые то и дело брал со стола, и Андрей на некоторое время выпал из понимания происходящего. «Д»Артаньян чувствовал, что тупеет», вспомнил он фразу из «Трех мушкетеров»: он сейчас себя чувствовал точно также, как гасконец, присутствовавший на беседе Арамиса с богословом, когда ему казалось, «что он находится в доме для умалишенных и что сейчас он тоже сойдет с ума, как уже сошли те, которые находились перед ним».

Наконец все потихоньку угомонились, Денис и голландский мастер перестали каркать друг на друга, выдавая птичий гомон за человеческую речь, а счастливая Лариса повернулась к Ольге и Андрею с какими-то цацками, зажатыми в руке.

— Смотрите, дорогие мои, что я выбрала! — Воскликнула она, раскрыв ладонь: на ней поблескивали два серебряных цилиндрика, напоминающих очертаниями человеческую кость, и маленький череп из серебристого металла, через лоб которого проходила загогулина, заканчивающиеся небольшим шариком на конце.

— Очень романтично, — содрогнулся Андрей, и кисло улыбнулся, — и куда мы все это ей вставим? И, главное, зачем?!

— Кости — в соски, а Йорика — в клитор вставим! — Серьезно ответила Лариса, и посмотрела на ошарашенную Ольгу, — чтобы всяких недругов отпугивать, — улыбнувшись, добавила она.

— Что-то никаких недругов я не встречал в последнее время, — пробормотал Андрей куда-то в сторону, — только все время твои «друзья» попадались.

— Нечего ее отговаривать! — Лариса неожиданно возвысила голос, — нравится — не нравится, мы вставим все равно! Так будет еще экзотичнее для… — Она замолчала, так и не закончив фразу.

— А я и не отговариваю, — пожал плечами Андрей, — даже прикольно! Только это будет больно, наверное.

Тем временем, лысый черт начал готовиться к процедуре: застелил кресло, наподобие медицинского, свежей простыней, разложил на зеленой тряпочной салфетке какие-то устрашающего вида железяки, и жестом пригласил героиню сегодняшнего дня занять место в своем маленьком персональном аду. Ольга села в кресло, которое тут же откинул до полулежачего положения заботливый Люцифер. Он помог ей снять с себя одежду, раздев ее практически догола. Ольга безропотно принимала все происходящее, смирившись с необходимым ритуалом: ей самой стало любопытно, как ее пробьют в нескольких местах.

Кожаный изувер натянул резиновые перчатки, погладил тело Ольги по грудям и животу, потеребил соски, и вдруг, наклонившись, стал сосать их по очереди. Андрей дернулся от неожиданности и встревоженно посмотрел на Ольгу: судя по ее выражению лица она была готова к такому повороту событий. Более того: она приобняла лысую голову живодера, и стала поочередно прикладывать его рот то к одной, то к другой груди.

Денис, глядя на процедуру подготовки сосков, пошатнулся, но не упал, судорожно вцепившись в спинку стула. Спроси его сейчас что-нибудь по-голландски, он, скорее, принял бы мученическую смерть, нежели выдавил бы из себя что-либо сообразное заданному вопросу. Потом, пробормотав «я за сигаретами», пулей вылетел за дверь, посчитав, что сейчас самое время начать курить.

Лариса жадно смотрела не на оральные ласки мастера, а на его пах, который стал принимать какие-то фантастические формы, и это явно было не из-за неудачного покроя его штанов. Андрей проследил за ее взглядом, и вздрогнул: Ольга на его глазах дернула молнию на кожаных штанах мастера, высвобождая наружу совсем уж экзотическое существо: член экзекутора напоминал увесистый стенд, на котором демонстрировалась, похоже, вся готовая продукция этого адского ада. Взяв его в одну руку, она стала водить шипастой головкой по своим половым губам, морщась от сладкой боли. Специалист по насилию словно не замечал, что он отправился в эротическое путешествие по частям и не по своей воле: он истово сосал Олины соски, покусывая их зубами.

— Давай уже, пробивай меня, — проговорила она, схватив для верности открытую бутылку виски со стола, и сделав из нее затяжной глоток, — пока я отвлекаю себя твоим… Инструментом. Только прошу: не делай мне больно!

Татуировщик-пирсингист вопросительно посмотрел на Дениса, но тот лишь утвердительно кивнул. Мастер кивнул в ответ, и взял в руки толстую полукруглую иглу, предварительно смазав сосок ватным диском, смоченным в Джеке Дениелсе, горлышко которого наклонила сама испытуемая. Андрей увидел округлившееся глаза жены, заметившей, каким инструментом сейчас нанесут ее соскам непоправимый урон, и отвернулся: он на дух не переносил вида крови. В ту же секунду Ольга заорала, почувствовав болезненный укол, и непроизвольно воткнула в себя член голландца, словно защищаясь от боли, и прикрывая свое самое сокровенное.

Андрей не видел всего этого: он зажмурился и плотно зажал уши руками. По прошествии некоторого времени он услышал второй вскрик жены, и, нахмурившись, помотал головой: «зачем ей и Ларисе это все?!». Выждав еще некоторое время, он осторожно открыл доступ звуков к ушам. И услышал, как что-то смачно хлюпает под громкие стоны жены. Андрей быстро обернулся: Мастер тату невозмутимо драл его супругу, широко разведя ее бедра, а Лариса, поставив одну ногу в черном ажурном чулке на стол, елозила промежностью по Олиным губам. На грудях его супруги алели подсыхающие ручейки, а соски поблескивали украшениями из серебра: Лариса таки добилась своего.

— Ты не подумай ничего, это просто… Болеутоляющее! — заметив ошарашенный взгляд супруга, выкрикнула Ольга, освободив на мгновение рот и вовсю подмахивая мастеру, — мне так намного легче переносить эту гребаную боль!

— Ну да, — сказал Андрей, приближаясь к совокупляющейся троице, — и это лекарство вводится внутримышечно, как я погляжу…

— Андрей, не юродствуй, — сказала Лариса, опять заставив Ольгу сосать ее возбужденное лоно, — Оля заслуживает этой маленькой радости!

— А ты чего заслуживаешь? — Насмешливо спросил Андрей.

— Чтобы она отлизала мне как следует, — цинично ответила Лариса, и в упор посмотрела на Андрея: ее глаза сузились в маленькие щелочки.

— А что заслуживаю я? — Жалобно спросил Андрей, наминая свою вставшую плоть, но ему никто не ответил: все были заняты друг другом.

В этот момент голландец захрипел, и, выдернув из новообращенной свою жостовскую погремушку, напоминающую больше стимпанковский стиль, нежели человеческий «инструмент», поднес ее к Олиному рту, намереваясь разрядиться так, как это принято в фильмах для взрослых, но Лариса не дала ему этого сделать. Она схватила его член и вставила в себя — прямо над лицом своей подруги, со словами: «я тоже хочу попробовать это!».

— Андрей! — Позвала Ольга, тяжело дыша, — я хочу кончить, да и клитор нужно подготовить к следующему проколу: иди скорее ко мне!

Андрей приблизился к супруге, и стал на колени: прямо перед ним была раскрытая, влажно пульсирующая вагина его жены, от которой шел пряный запах чужого мужчины. Андрей осторожно лизнул набухшие губы любимой, от чего она дернулась и прижала его голову к себе. Он стал сосать ее клитор, засовывая периодически язык между набухших половых губ любимой, Оля двигалась ему навстречу, делая бедрами такие непристойные движения, что у Андрея захватило дух и его член стал быстро набухать в штанах.

Громко застонала Лариса, и Андрей глянул туда: тату-мастер явно кончал в ее влагалище, пока Ольга сосала его яйца. Дернувшись несколько раз, он шумно выдохнул, и вытащил обмякший орган из промежности Ларисы, нечаянно проведя им по Олиной груди, и оставляя липкую дорожку. Лариса с закрытыми глазами почти сидела на Олином лице, облокотившись на стол, и делала еле заметные колебательные движения бедрами. Сгустки спермы медленно выходили из ее вагины и стекали Ольге прямо в рот: Андрей видел, как Ольга убрала губы, но Лариса насильно повернула ее голову, плотно прижавшись к ней, и накормила ее чужеродным мужским семенем, перемешанным с ее соками.

Татуированный бонвиван, устало застегнув портки, закурил ароматную самокрутку, и в воздухе отчетливо запахло Ларисиной дачей. Андрей расстегнул штаны, и достал свой возбужденный орган: Ольга не видела ничего, извиваясь под его оральными ласками, и высасывая последние капли из удовлетворенной Ларисы, которая только что кончила прямо на Олиных губах. Андрей засунул свой возбужденный орган в утробу супруги, но потерялся там после атаки клонов мужских гениталий: даже Ольга не почувствовала возвращение Будулая.

Разрушитель сосков и пёзд, поправив перевернутый крест, висящий на груди, подошел к Андрею, и стал невозмутимо дрочить клитор его супруги, занеся хирургическую иглу для внезапного удара. Андрей сообразил, что оказался в эпицентре кровавой истории, и быстро вышел из святая святых. Ольга металась на кресле из стороны в сторону, шалея от ласки своих сокровенных мест, позабыв о той боли, которую испытала несколько минут назад. Андрей хотел уже отойти, как вдруг Ольга нащупала его возбужденное хозяйство, и принялась дрочить, сообразив кто это, лишь когда разлепила заплаканные глаза.

Андрей наклонился к супруге, и поцеловал ее в губы, ощутив вкус недавнего соития Ларисы с мастером тату. «Все будет хорошо», прошептал Андрей, после того, как жена ответила на его поцелуй. Вдруг Ольга вскрикнула, и сжала его член. Она тяжело задышала и стала биться в конвульсиях, целуя взасос своего супруга. Андрей мысленно улыбнулся ее острому оргазму, полученному от рук голландского крестоносца, но тут она вдруг вцепилась в его губу зубами, и прокусила ее, застонав от боли: обряд инициации был завершен…

Поздним вечером, вернувшись в номер, и наскоро перекусив в баре при гостинице, уставшие супруги лежали в постели и готовились ко сну.

— Ничего себе денек, — сказала Ольга, положив голову на грудь супруга, — как это все не похоже на жизнь, которую мы вели всего пару дней назад! — Добавила она, чмокнув мужа в сосок.

— И что ты собираешься делать в оставшиеся дни? — Спросил Андрей, гладя ее волосы. — Только завтра мы пойдем курить косяк полюбасу! — Твердо добавил он.

— Хорошо, зайка, как скажешь, — проворковала Оля, — а еще я планирую набить себе татушку где-нибудь на интимном месте, — она посмотрела на Андрея, и поправилась, — точнее, Лариса хочет.

— По-моему Вы совсем звезданулись, — пожал плечами Андрей, — со всей этой херней мы так и не увидим настоящий Амстердам!

— А ты хочешь сходить в какой-нибудь музей? — Удивленно спросила Ольга.

— Нет, но я хочу сходить на улицу «Красных фонарей»… Быть в Амстердаме, и пропустить это…

— Хорошо, милый, я с удовольствием составлю тебе компанию, — Ольга потерлась носом об грудь Андрея, — я думаю, что и Лариса не откажется, — добавила она, а потом хохотнула, — может там нам удастся распечатать Дениса! Или тебя, — добавила она, загадочно улыбнувшись.

— Ладно, давай спать, печатница, — сказал Андрей, и осторожно потрогал Олины соски: на ощупь это было необычно и забавно.

— А в последний день я хочу сходить в порно кинотеатр, — вдруг сказала Ольга.

— Что ты дома, что ли порно не посмотришь? — Насмешливо спросил Андрей, зевая, — все тоже самое! Разве что, там зрители трахаются прямо в зале, как я слышал, — помолчав, добавил он и осекся. Повисла неловкая пауза.

— Вот именно, дорогой! Вот именно, — сказала Ольга, и протянула руку под одеялом, нащупав член супруга, — Ого! По-моему, одна только мысль об этом тебя возбудила! А говоришь «то же самое», — передразнила она, и медленно поползла вниз, к бедрам Андрея, оставляя на его теле дорожку от влажных поцелуев, — давай я пожелаю ему спокойной ночи, любимый, — глухо донесся до Андрея голос его жены из-под одеяла, и его член, измученный невероятными перипетиями первого дня на чужбине, погрузился во влажную и горячую глубину…

Продолжение истории будет опубликовано в платном доступе

Рассказ написан по заказу.
С предложениями обращаться в личку.
С уважением, автор

Читайте также...

Весенний парк

Это произошло весной прошлого года. Мы с ним познакомились через интернет. Сначала мы с неделю …

39 queries in 0,542 seconds.