www.work-zilla.com

Соседи

«Их двери были рядом… Они были соседями…

Даже — по прописке — не Он и Она, а Он и Ее мать.

А Ей — хоть и была у них своя квартира в двух шагах — удобно было с матерью и сына ростить, да и на всем готовом мужа встречать.

На всё про всё матери было лет шестьдесят, Ей — тридцать пять, а отец Ее, с которым Он — сосед и горькую пил, и сладкую, внезапно ушел на пороге шестидесяти, когда на стройке убил его инсульт.

А и самому-то нашему герою — соседу — было «всего ничего» — около пятидесяти…

И вот на похоронах Ее отца Они и погоревали, и пообщались в первый раз «тесно», потому как, выпив пару рюмок за усопшего, и Он и Она, встретившись глазами, что-то поняли, и потом долго избегали друг друга…

Но семейная жизнь Ее не задалась, мужик Ее пошел в гору и для него бутылка шампанского и новая дама на каждый вечер были обеспечены…

А Валька…

Да, я еще не сказал Вам, что звали Ее Валентина, и была Она, даже родив сына, упругой в грудях, округлой в попке, отнюдь не полной, но полненькой, и талия всегда была при ней…

Многажды задавал сосед себе вопрос: как можно от такой женщины гулять?

Только ублажать Ее нужно, до предела значений возможных!!!

Возможных???…

Но, как я уже сказывал, промелькнула меж Ним и соседкой Валей искра…

И на память оставила — «берегитесь, люди!!!…»

Не убереглись, значит…

Вдруг однажды ночью — звонок в дверь соседу.

Тревога!!! У соседки вода в кухне хлещет, паника, дома из мужиков — никого, все на даче…

Сосед в трусах, как был, воду в главном вентиле перекрыл, посоветовал трубы поменять с медных на гибкие, да с утра сантехника вызвать…

И как есть был сонный, пошел восвояси…

Только рано он так решил…

Потому как в дверь опять звонок — а на пороге Она — Валентина.

Он ведь и внимания не обратил, что Она рядом с Ним суетилась, практически в ничем. Так, в халатике…

И глаза — долу…

«Лёшка, — говорит, — пришла я…»

А сосед, хоть — а может быть и потому — что немолодой был, восстал весь, и рука Его почему-то направилась к груди Ее…

А там — сосочки твердокаменны…

И пошла рука Его вниз…

А у соседки и ножки-то подгибаются…

А Она, соседка Его, только и бормочет: дескать, «нельзя, нельзя»…

Но когда сосед усадил Ее в кресло, потом целовал колени Ее, постепенно приближаясь к животику, кончила Она в первый раз, как только дотронулся Он языком до губок Ее нижних. И только пробормотала: «давно мужика не было»…

И Он, знавший тридесят женщин, ворвался в Нее, сидящую в кресле, и, прося прощения за то, что он сейчас… сейчас…

Кончил…

Но кончила и Она во второй раз вместе с Ним, бывшая без мужика долго и плохо…

И сотряслись Они вместе… и целовала Она глаза его…

А потом Она сказала…

И понял Он, что это — всё…

«Слушай, — сказала Она, — мне все равно, где Ты и с кем Ты… Главное — Ты…

И если я позвоню к Тебе в дверь и Ты не ответишь, я за себя не ручаюсь…»

А потом Она выцеловала и подняла член Его, и села на него, и, глядя, как поднимаются и опускаются губки Ее, кончила три раза.

Они были, как это ни тошно звучит, «созданы друг для друга»…

Не было речи ни о чем… только Они вдвоем…

Он не был «суперменом», но Она вбирала Его, Они неслись в какой-то сладкой скачке, потом в последние секунды Она вдруг выгибалась, несколько раз прикасалась нутром своим к Его головке и взрывалась с криком «ааа» в приступе, который, как им казалось, сотрясал всю Землю…

Потом было хуже…

Она пришла к Нему на всю ночь…

Она была… как была…

Она просто набросилась на Него и забрала всего Его в себя…

И сказала — «теперь я спокойна…»

И сказала — «ну, сегодня Ты отсюда никуда не уйдешь…»

И кончала… вбирая Его всею своею сутью, животом своим, маткою своею…

И падала на Него, и вгрызалась в Него, целуя, смеясь и плача, рыдая и рыча… и восставая… и вновь падая…

Это длилось три года.

Он умер в 57 лет от рака простаты.

Она… после его похорон… походила по квартире… и исчезла…

Ее не нашли.»

***

Они сидели в Его прихожей…

Он ждал Ее весь день.

Слышал, как Она вышла за покупками… потом вернулась…

Он знал, что вот-вот возвратится с улицы Ее сын и скоро с работы позвонит муж…

Он знал всё, но, наконец-то решившись один только раз в жизни, вышел, позвонил в дверь Ее и, когда Она открыла, пряча глаза, сказал, что хочет показать Ей что-то на компьютере.

Иногда это было и раньше, Он показывал Ей и свои анимации, и фотоколлажи, а раза два в год и новые свои песенки…

И всегда держал дистанцию…

А у Неё еще горели глазки от покупок, наверняка Ей удалось сегодня купить что-то особенное…

Они остались в его прихожей…

Она села, Он присел на ручку того же кресла и молча подал Ей распечатанные страницы…

Когда она закончила читать, то побледнела, выждала несколько секунд и подняла на него глаза свои…

Он ждал всего, но не такого…

Это была не ненависть…

Это было гораздо глубже…

Он… сполз с ручки кресла и вдруг… оказался стоящим перед Ней на коленях…

Она тяжким, глубоким и знающим всё взглядом всмотрелась в Него и выронила из руки своей листки…

И стала бить Его…

Сначала кулаком, потом ладонью…

По губам, по лицу, по бороде Его, подернутой сединой…

Она била Его и повторяла лишь одно: «… зачем… ты… сделал… это…»

А Он… попробовал уклониться, а когда понял, что это невозможно, пытался лишь целовать руку Ее…

И вдруг, остановившись, Она даже не распахнула блузку свою, но, двинув плечами, будто бы вынырнула из нее, и, схватив Его за затылок, пригнула голову Его к груди своей…

Никогда и ничего не целовал Он слаще и милее груди Ее…

И полетели колготки Ее в угол…

И маленькие трусики Ее…

И когда Он вошел в Нее, Она не кричала «ааа», как в расказе, только сказала «… ой…»…

И, прижимая Его пятками, Она не дотронулась, а прильнула к концу Его и содрогалась долго, жадно и пожирающе…

Они были, как это ни тошно звучит, «созданы друг для друга»…

Не было речи ни о чем… только Они вдвоем…

Он не был «суперменом», но Она вбирала Его целиком, Они неслись в какой-то сладкой скачке, потом в последние секунды Она выгибалась, прижималась к Его головке и охнув, беззвучно взрывалась в оргазме, который, как им казалось, сотрясал всю Землю…

Потом было хуже…

Она пришла к Нему на всю ночь…

Она была… как была…

Она просто набросилась на Него и забрала всего Его в себя…

И сказала тихо — «теперь я спокойна…»

И сказала тихо — «ну, сегодня Ты отсюда никуда не уйдешь…»

И кончала… вбирая Его всей своею сутью, животом своим, маткою своею…

И падала на Него, и вгрызалась в Него, целуя, смеясь и плача, рыдая и рыча,… и восставая… и вновь падая…

Это длилось три года.

Он умер в 57 лет от рака простаты.

Она… после Его похорон… походила по квартире… и исчезла…

Ее не нашли.

Читайте также...

Сладкая измена. Часть 2

Мои отношения с Олей после корпоратива продолжили развиваться, мы стали встречаться по несколько раз в …

39 queries in 0,264 seconds.